Понятие социальной катастрофы. Социальная нестабильность в России

Озеленение 20.09.2019

социальная катастрофа

скачкообразные изменения общества, возникающие в виде внезапного ответа социальной системы на плавное изменение внешних условий. Идеи катастрофизма возникают в глубокой древности, воплощаясь в различных вариантах эсхатологии. Например, античность рассматривает эволюцию как последовательность всемирных катастроф, ритмически уничтожающих космос и расчищающих место для нового цикла; христианство выдвигает идею второго пришествия Мессии, когда наступит конец времен и через Страшный Суд преображенное человечество войдет в совершенное бытие . В 19 в. в рамках геологии и биологии (Ж. Кювье) формируется теория катастроф, рассматривающая историю планеты как серию глобальных катастроф, сопровождающихся гибелью всего живого и внезапным возникновением качественно иных его форм. Современная теория катастроф бурно развивается с 70-х 20 в. в форме универсального математического метода исследования любых скачкообразных переходов (Р. Том, Пригожин); их причин и путей установления нового равновесия. Катастрофа возникает как результат синхронизации различных кризисов, аккумуляции огромного числа ошибок, которые долгое время не исправляются, как следствие "одряхления" системы на клеточном уровне. Важно учитывать, что глубинная причина СК. потенциально связана с трансформациями духовных оснований общества, их размывании и смене миросозерцаний, когда складывается катастрофическое сознание и "в тоске смертельной мечется толпа" (А. Ахматова). Подобное сознание усиливается при утверждении в обществе идеи разрыва с прежней культурной традицией (а такие тенденции весьма характерны для генотипа европейской цивилизации), с глубинами религиозного сознания, в которых, как показывает опыт , укоренены положительные начала общественной жизни. Обостряется изначально присущее человеку (в силу наличия у него свободы выбора) чувство страха, чем вызывается желание найти быстрые и простые, а потому неэффективные, пути выхода из резко меняющейся ситуации. К С.К. ведут попытки осуществить различного рода утопии, претендующие на знание будущего; закономерный крах утопий резко обостряет катастрофическое сознание. Тенденция к катастрофизму сознания характерна для маргинально-люмпенских, плебейских социальных слоев, неукорененных в культурных традициях и склонных к нигилизму и максимализму, упрощению и уравнительности. Теоретически такой способ социального действия обосновывается в различных радикалистских концепциях, например, в анархизме с его проповедью люмпенского бунта, идеей сози-дательности тотального разрушения существующего общества. Необходимо также учитывать и национальные особенности. Скажем, характерное для России наложение двух культур традиционной и европейской, их неслияемость и постоянный раскол во многом обусловили катастрофичность русской истории. Возможны различные формы СК. Наиболее наглядно катастрофы выражаются в социальных революциях (что отмечалось в трудах Франка, Сорокина, Бердяева и др.). Хотя теории революции оправдывают С.К. как способ достижения лучшего общества, на самом деле революция ведет к его деградации, к возвращению назад, массовому безумию общества, к деформациям человеческого поведения. В то же время нужно учитывать, что революционные катастрофы результат длительного подавления не находящих выхода творческих сил социума, задержки назревших социальных изменений. Однако, соединившись с катастрофическим сознанием, революция ведет к антропологической катастрофе в форме разрушения фундаментальных духовно-нравственных основ жизни людей. И чем радикальнее революция, тем сильнее катастрофа, что и показал опыт коммунистических революций 20 в., выявивших также, в полном соответствии с теорией катастроф, что "пусковой крючок" разрушения может быть весьма незначительным, но, разразившись, катастрофа приобретает свою логику движения, в ходе которого стихийно через множество страданий людей и глубочайшие потрясения складывается некое новое социальное равновесие. Один из наиболее оптимальных способов предупреждения С.К. заключен в "социальной инженерии" (Поппер), т.е. методе своевременных постепенных и частичных изменений, реформ, учитывающих человеческую природу и подвергающихся постоянной проверке и корректировке с целью недопущения накопления ошибок. Однако в условиях "аномальных" социальных систем, долгое время не учитывавших принцип обратной связи, этот метод во многом не срабатывал. Попытки реформировать тоталитарные режимы приводят к ухудшению положения, росту сопротивления и чаще всего завершаются катастрофой. Катастрофически возникшие системы и уйти с исторической арены могут только аналогичным путем. Как показывает математическое моделирование "перестроек", наиболее эффективным для аномальных социальных систем является метод "шоковой терапии", в единстве с возвращением к глубинным основаниям культуры. При всей своей болезненности такой разовый катастрофический сдвиг с перспективной точки зрения значительно эффективнее, чем перманентная катастрофа, угнетающая и разлагающая жизненный потенциал личности. Г.Я. Миненков СОЦИАЛЬНАЯ МИФОЛОГИЯ см. МИФОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬпонятие, посредством которого обозначаются социальные перемещения людей в направлении общественных позиций, характеризующихся более высоким (социальное восхождение) либо более низким (социальная деградация) уровнем доходов, престижа и степенью приобщенности к власти. Такого рода переходы традиционно обозначаются как вертикальная С.М. (вертикальная С.М. может фиксироваться применительно как к отдельным лицам, так и к социальным группам). Наряду с последней выделяется горизонтальная С.М., не затрагивающая указанные параметры общественного положения индивидов и групп. Механизмы и репертуары С.М. обусловливаются природой социальной стратификации данного общества. Термин "С.М." введен в социологию Сорокиным ("Социальная мобильность", 1927). Выступая основополагающим индикатором "открытости" либо "закрытости" обществ и отдельных социальных групп, С.М. эмпирически фиксируема на основании т.наз. индекса мобильности/стабильности, исчисляемого исходя из соотношения ожидаемых и наблюдаемых пропорций между количеством индивидов, занимающих мобильное либо стабильное положение в анализируемой общности людей. (Так, например, ситуация, когда в стратифицированном обществе вертикальная С.М. незначительна или равна нулю, характерна для социумов "закрытого" типа). По Сорокину, ведущими каналами (одновременно социальными "фильтрами") вертикальной циркуляции индивидов выступают политические, экономические, профессиональные перемещения; карьера в таких организациях, как армия, церковь и т.п.; институт выгодных браков и т.д. А.А. Грицанов

К категории социальных катастроф в первую очередь следует относить войны и военные локальные конфликты, сопровождающиеся ведением активных боевых действий, а также террористические акты и вовлечение в тоталитарные неокульты.

Социальные катастрофы – результат общественно-политической деятельности группы лиц (политических деятелей, партий, сообществ и др.) или государственной власти, обусловивших снижение социально-политической стабильности в обществе или экономического благополучия населения, а в крайних случаях приведших к массовой гибели людей.

Социальные катастрофы наиболее трагичны по своим масштабам и количеству жертв. В годы Великой Отечественной войны погибло около 26 млн. граждан России, почти 20 млн. немцев, около 3 млн. итальянцев.

Война – организованная вооруженная борьба между государствами, нациями (народами), социальными группами. Война – продолжение политики насильственными средствами. С точки зрения экстремальных условий, вызывающих возникновение психогений, война по существу объединяет психотравмирующие факторы, присущие почти всем стихийным бедствиям и катастрофам. В работах психиатров Осипова Б.П., Гуревича М.О., Краснушкина Е.К., Гиляровского В.А. показано, что война не дает новых, неизвестных мирному времени видов психических расстройств, что её влияние лишь в некоторой степени видоизменяет известные психические расстройства. В формировании психогений военного времени у населения, помимо непосредственного переживания, связанного с угрозой жизни, существенную роль играют предрасполагающие факторы: информационная неопределенность, угроза существованию близких людей, ломка функционирования психофизиологической организации и основных жизненных стереотипов, утомление. При этом во многих случаях жизнь человека становится зависимой не от привычных условий, ведущих к благополучию в мирное время, а от новых факторов – умения выжить без помощи других людей, укрыться от непогоды, найти жилье и пищу. Имеет место различие между психогенными расстройствами в военное время у участников боевых действий и населения. Различие обусловлено тем, что солдат в условиях боевой обстановки каждый день подвергается угрозе смерти, от которой он не имеет права уклониться. Для гражданского населения вполне естественно искать убежища.

Терроризм – это устрашение людей осуществляемым насилием. Насилие это осуществляется в самых разных формах: это физическое, политическое, социальное, экономическое, информационное и т. д. насилие. С учетом степени массовости и по мере организованности выделяют четыре вида насилия: массовое организованное и массовое стихийное, индивидуальное стихийное и индивидуальное организованное. Терроризм представляет собой особую деструктивную разновидность человеческой деятельности. Среди основных мотивов занятия террористической деятельностью выделяются: 1) меркантильные мотивы; 2) идеологические мотивы; 3) мотивы преобразования, активного изменения мира; 4) мотив власти над людьми; 5) мотивы интереса и привлекательности терроризма как особой деятельности; 6) «товарищеская» мотивация; 7) мотив самореализации.

Личность террориста характеризуется сочетанием истерических и эксплозивных черт, высоким уровнем нейротизма и фрустрированностью, приводящей к прорыву барьера социальной адаптации, выраженной асоциальностью; однако далеко не всегда террористы обнаруживают физическую агрессию. У большинства террористов обнаруживают расстройства личности с высоким уровнем косвенной агрессии. При этом механизм реализации террористического акта, как правило, включает в себя аффектогенную мотивацию, психопатическую самоактуализацию. Дифференцированный анализ (Ольшанский, 2002) показал, что среди участников террористических организаций и террористических действий 46% холериков, 32% сангвиников, 12% меланхоликов и 10% флегматиков.

Анализ поведения жертв террористических актов показал, что оно по многим параметрам сближается с поведением жертв стихийных бедствий и техногенных катастроф. Массовая психология жертв террора складывается из пяти основных слагаемых. Они могут быть выстроены хронологически. Это страх, сменяемый ужасом, вызывающим либо апатию, либо панику, которая может смениться агрессией. Мужчины и женщины – жертвы террора ведут себя по-разному. Определенные поведенческие различия связаны с уровнем образования, развитостью интеллекта и уровнем благосостояния (если человеку почти нечего терять, он проявляет склонность к хаотичному, непродуктивному протесту). Спустя какое-то время после террористического акта у его жертв и свидетелей сохраняется психопатологическая симптоматика – прежде всего, в виде отложенного страха, а также разного рода фобий и регулярных кошмаров.

Социально-экономические и политические трансформации, начавшиеся на огромных пространствах Евразии в результате катастрофического разрушения Советского Союза, а также резко возросшие масштабы и последствия природных, экономических, технологических катастроф, сопровождаемых личностными трагедиями множества людей, необычайно обострили внимание социологов, политологов, психологов, представителей других отраслей научного знания к экстремальным ситуациям и катастрофам. Поэтому на протяжении последних 5-10 лет стала бурно развиваться во многих странах мира социология катастроф, возникновение которой в качестве специальной социологической теории восходит к середине 60-х годов XX века. Наибольший вклад в ее возникновение и развитие внесли Э, Карантелли, А. Бартон, Д. Ми-лети, Т. Драбек, Дж. Хаас, Р. Дайнес (США), Л. Клаусен и В. Домбровски (Германия), У. Розентал (Голландия), Б.Н. Порфирьев и Д.И. Пригожий (Россия), Е.М. Бабо-сов (Беларусь), Б. Рафаэль (Австралия).

Выделяя специфические особенности этой социологической теории, американские социологи А. Вудкок и М. Дэвис подчеркивают, что она представляет собой но-


вый способ мышления о внезапных и быстрых изменениях, связанных с бедствиями, будет ли это обвал или крушение империи. Главным объектом данной теории является переход различных систем - природных, экологических, технологических, социальных - из устойчивого, стабильного состояния в неустойчивое, нестабильное, сопровождаемое разрушительными для рассматриваемой системы последствиями. По мнению известного немецкого социолога В. Домбровского, под катастрофой следует понимать прежде всего насыщенное потерями разрушение экономического и социального развития, по отношению к которому в центре внимания исследователя.оказываются негативные последствия катастрофического события для специфических социальных общностей (семья, группа, община) или форм социальных отношений (коммуникация, взаимопомощь, поиски защиты и т.п.). Поэтому, с его точки зрения, вполне возможен переход от катастрофы к революции, путчу, террору или гражданской войне.

При описании, интерпретации, оценке и типологи-зации изучаемых процессов социология катастроф опирается на четыре базисных термина: экстремальная ситуация, кризис, конфликт, катастрофа. Всякая катастрофа связана с экстремальной ситуацией, катастрофы в социальной сфере сопряжены с кризисами и конфликтами, однако не каждая экстремальная ситуация, равно как и кризис и конфликт, перерастает в катастрофу. Исходя из этих соотношений, представляется возможным дать определения рассматриваемым явлениям.

Экстремальная ситуация представляет собой резкий, скачкообразный переход системы (природной, экологической, технологической, социальной, личностной и т.п.) в результате чрезмерного нарастания внутренней или внешней напряженности из устойчивого состояния в неустойчивое, угрожающее распадом этой системы. К числу экстремальных ситуаций относятся такие различные явления, как землетрясения, торнадо, бураны, захваты самолетов, ограбления квартир, кораблекрушения, изнасилования, рэкет и т.п.


Чрезвычайная (экстремальная) ситуация может развиваться по катастрофическому сценарию. В таком случае


в процессе нарастания напряженности вначале создается критическая ситуация, когда возникает угроза развала или гибели главных структур данной системы, но сама система сохраняется, воспринимая кризис и распределяя его между своими подсистемами. Такая система (например, Советский Союз с конца 70-х годов вплоть до 1991 года) насыщена кризисными элементами и готова к переходу в новое качество, но динамическим путем. Пусковым моментом может стать повышение напряжения по любому параметру, описывающему систему в целом. Переход системы в новое состояние с. коренным деструктивным изменением главных ее структур и распадом на подсистемы (как это случилось с СССР в конце 1991 года) выступает как катастрофический вариант экстремальной ситуации.

Исходя из сказанного, катастрофу можно определить как верхний предел внутреннего и внешнего напряжения в рассматриваемой системе, превышение которого угрожает разрушением системы, ее важнейших компонентов или переходом ее в другое качественное состояние.

Такое определение является чрезмерно общим, но именно вследствие такого обобщенного содержания под него попадают любые катастрофические события в любой. сфере действительности - природной, технологической, социальной, а также чрезвычайные явления индивидуального бытия человека, его личные трагедии - смерть, утрата близких, крушение карьеры и т.п.

Следует, однако, иметь в виду, что в современной действительности чисто природные, не связанные с человеком и его деятельностью катастрофы (за исключением вызванных космическими силами) бывают очень.редко. Поэтому в любую катастрофическую ситуацию так или иначе оказывается вовлеченным человек: то ли как ее инициатор, то ли как жертва, то ли как очевидец. В силу этого в мировой катастрофологии, особенно в работах социологического, психологического, философского, религиоведческого характера, чаще всего термином "катастрофа" обозначается такая понятийная модель, посредством которой люди стремятся описать то или иное бедствие, движение событий в направлении конца, смерти,


уничтожения, гибели. Поэтому социология принимает в орбиту своих исследований и интерпретаций те катастрофические события, которые несут угрозу индивидуальному человеческому существованию, данной социальной общности (семья, трудовой коллектив, территориальная, этническая общность и т.д.), а также обществу в целом.

В отличие от катастроф, которые во всех случаях сопряжены с чрезвычайными ситуациями, конфликты характеризуются гораздо большей амплитудой разброса вероятностей, вследствие чего далеко не все они подпадают под определение экстремальной ситуации. Виднейшие западные социологи - специалисты по конфликтам Л. Козер и Р. Дарендорф вообще считают, что конфликты суть проявления нормального, а не экстремального развития социальных систем. Разумеется, конфликты оказываются часто связанными с кризисами и катастрофами, однако не жесткой детерминантной связью. Конфликты являются непременным проявлением социально-экономического кризиса, а поэтому насыщенность ими социального развития становится гораздо интенсивнее в предкатаст-рофные, катастрофные и посткатастрофные периоды функционирования и (или) распада социальных систем. Называвшийся уже опыт распада Советского Союза убедительно подтверждает эту закономерность. В условиях современного, посткатастрофного развития стран СНГ, возникших на развалинах СССР, конфликтогенность социальных процессов резко увеличивается, а на обширных территориях постсоветского геополитического пространства (Таджикистан, Чечня, ранее - Грузия, Азербайджан, Армения, Молдова и др.) прокатились вооруженные конфликты.

Для правильного понимания и истолкования катастроф, их сущности, особенностей и последствий важное значение имеет их шпологизация, т.е. вычленение основных типов на основе определения сходства и различий надежных способов идентификации этих чрезвычайных по своей сути феноменов по общности их существенных признаков и отличий. Учитывая огромное разнообразие экстремальных ситуаций, конструировать типологию катастроф можно по различным основаниям.


По объектам катастрофического развития и степени социальности, т.е. масштабности причинной вовлеченности общественных отношений в их возникновение, целесообразно выделить четыре типа катастроф:

1) природные;

2) экологические;

3) технологические;

4) социальные.

Природные катастрофы вызываются действием, стихийных сил природы, причем одни из них развертываются по краткосрочному, стремительному сценарию (торнадо, цунами, землетрясения и т.п.), а другие - по длительному, растянутому во времени (засухи, покровное оледенение Земли в ледниковый период, катастрофическое погружение в морскую пучину праконтинентов, описанное в сказаниях об исчезновении Атлантиды, разрушение озонового слоя атмосферы и т.п.). Человек пока еще чаще всего не в состоянии предотвратить стихийные бедствия, но он накопил достаточный опыт, позволяющий снизить размеры катастрофических последствии подобного рода природных явлений (например, разрушительных последствий урагана или землетрясения).

Экологические катастрофы тоже обусловлены преимущественно естественными силами природы, но в их детерминирующую сеть чаще всего вплетен и антропогенный фактор, т.е. они имеют, по существу, социопри-родную детерминированность, идет ли речь об экологическом бедствии в районе Аральского моря или в зоне Персидского залива, так и о многих других экологических катастрофах, почти все они связаны с дисбалансом между давлением на среду жизни (не только человека, но и других живых существ) и природно-ресурсным потенциалом.

Технологические катастрофы, к каковым относятся взрывы ядерных реакторов, газо- и нефтепроводов, аварии самолетов, космических кораблей, морских судов, железнодорожного и автомобильного транспорта и т.п. детерминированы, как правило, рассогласованием во взаимодействии основных компонентов в человеко-машинных системах. Поэтому они обусловлены неполадками


в функционировании технологических систем и технологии, но в еще большей степени - несовершенством, просчетами, ошибками, халатностью и т.п. в деятельности персонала, обслуживающего сложные технические устройства. Относительная кратковременность такого рода катастроф, во-первых, не снимает масштабов разрушения и тяжести их последствий, а во-вторых, может сопровождаться длительными посткатастрофными процессами (как это произошло в результате крупномасштабной ядерной катастрофы в Чернобыле), вызывающими огромные людские, финансовые, материальные потери, экологические бедствия и т.п.

Социальные катастрофы, ведущие к разрушению тех или иных социальных систем или общностей (социально-политический строй, государство, территориальная общность, семья и т.п.), к значительным потерям населения, деструктивным сдвигам в демографической и социальной структурах общества, в его духовной жизни, воплощаются в войнах, революциях, контрреволюционных переворотах и др. социальных явлениях. Они целиком детерминированы социальными (экономическими, политическими, психологическими и иными) факторами.

В свою очередь, каждый из выделенных типов катастроф может иметь свою внутреннюю дифференциацию. Например, технологические катастрофы подразделяются на производственные, энергетические, транспортные и т.д.

По субъектам, масштабам и последствиям"действия катастрофы можно подразделять на следующие пять типов:

1. Личностные, субъектом и объектом которых выступают отдельные личности, оказавшиеся инициаторами, участниками либо жертвами экстремальной ситуации, будь то. убийство, изнасилование, смерть близкого человека и т.п.

2. Локальные, охватывающие только определенное, достаточно ограниченное место, не выходящие за пределы ограниченной территории и втягивающие в свою орбиту сравнительно небольшое количество людей, такие, например, как захват самолета угонщиками, кораблекрушение или взрывы на нефтехранилищах или отдельных производствах.


3. Региональные, охватывающие более или менее обширные территории, соответствующие нескольким областям страны, объединенным общими экономико-географическими и другими особенностями, и значительные массы вовлеченных в них людей. Примером именно такой катастрофы является продолжающееся обмеление Аральского моря, имеющее катастрофические последствия для многих тысяч людей, окружающей природной и социальной среды, многих видов растений и животных.

4. Страновые, охватывающие территорию страны или нескольких ее крупных регионов и имеющие катастрофические последствия для нескольких миллионов человек, наносящие огромный материальный, природный, экологический ущерб. Примером такого катастрофического явления могут быть разрушительные наводнения в 1993 году в Бангладеш и в 1996 году в Китае, унесшие несколько тысяч жизней и оставившие без крова, средств к существованию в обоих случаях свыше 10 млн. человек.

5. Глобальные, распространяющие свое разрушительное действие на многие или большинство стран мира и приносящие катастрофические последствия для многих миллионов людей. Примерами катастроф такого типа являются Вторая мировая война, унесшая свыше 60 млн. жизней и вызвавшая колоссальные разрушения материальных и духовных ценностей, а также развал Советского Союза, сопровождавшийся катастрофическими разрушительными последствиями на обширном постсоветском геополитическом пространстве, на котором ныне в глубоком социально-экономическом кризисе пребывают страны СНГ и населяющие их народы.

По характеру развития катастрофы делятся на: 1. Функциональные. Их возможность и достаточно большая вероятность связана с тем, что существует принципиальное расхождение между масштабами и темпами природных флуктуации с одной стороны, и флуктуациями антропогенных (включая сюда и техногенные) объектов, сотворенных активными миропреобразовательными действиями человека. Например, существенное расхождение между принципами и способами градостроительства, с одной стороны, и недостаточным знанием геологических


процессов, их динамики и периодов флуктуационной поляризации природных стихий, с другой, способно привести к колоссальным негативным последствиям природных катастроф таких, скажем, как землетрясение в Армении или на Сахалине.

2. Эволюционные. Они детерминированы самой спецификой динамики того или иного природного объекта. Например, гибель динозавров была предопределена внутренними особенностями этого вида, не выработавшего в себе в процессе эволюции действенных механизмов охраны, защиты своей популяции от возможных, в том числе и катастрофических, изменений в окружающей среде. То же самое, разумеется, с необходимостью выявления качественной специфики социальных объектов, можно сказать о крахе бывших социалистических режимов в странах восточной Европы.

Названными типами катастроф отнюдь не исчерпывается все их многообразие. Если обратиться к такой важной проблеме, как детерминация катастроф, то причины катастрофических событий, действующих каждая в своей специфической среде, различаются между собой по частоте проявления, предсказуемости, контролируемости, стремительности развития, кратковременности или длительности действия, распространенности в пространстве, масштабности и т.п. Только при учете всех этих факторов представляется возможным прогнозировать ожидаемый деструктивный потенциал той или иной катастрофы и соотнесенное с ним поведение различных индивидов и социальных групп. При построении типологии катастроф необходимо учитывать такие психологические факторы предкатастрофного или катастрофного процесса, как наличие или отсутствие предостережения, осознание возможной угрозы, влияние паники, стрессов и т.п.

Кроме того, должны быть приняты во внимание возможности учета последствий катастрофы и постката-строфного восстановления, равно как и специфики самих катастроф, часть из которых доступны предсказанию (например, землетрясение, эпидемия), а другие (авиакатастрофа или обвал здания) непредсказуемы, вследствие чего их невозможно проконтролировать. Поскольку ката-


строфы попадают в исследовательское поле социологии катастроф главным образом вследствие того, что они несут в себе более или менее мощный потенциал социальной деструктивное™, их необходимо изучать социологическими методами под углом зрения того, насколько каждая из них несет угрозу смерти, разрушения, ущерба; с какой степенью-остроты ставит проблему выживания перед отдельным индивидом или социальной общностью; как соотносится с масштабами негативного воздействия на человека, его психологическое состояние и поведенческую деятельность.

Все названные особенности исследования катастроф дают основания для вывода, согласно которому основными компонентами социологического анализа предка-тастрофных, катастрофных и посткатастрофных событий выступают социальные субъекты и объекты этих событий, являются ли они инициаторами, свидетелями, жертвами последних. В качестве таковых выступают:

Индивиды;

Малые группы;

Организации;

Общности;

Социальные институты;

Общество в целом.

При важности каждого из названных компонентов (единиц) социологического анализа посткатастрофических событий все-таки приоритетная значимость придается основным социальным группам, в которых осуществляются межиндивидуальные, внутригрупповые и другие виды взаимодействия людей, переживающих глубокие стрессовые потрясения в экстремальных ситуациях.

Итак, социология катастроф в объект своего анализа включает прежде всего те экстремальные ситуации и их разрушительные последствия, в которых общественное бытие социальных систем - от общества в целом до его различных общностей (территориальных, этнических, семейных, профессиональных, политических и т.п.) - подвергается разрушению в результате внешнего или внутреннего воздействия и сопровождается социально-негативными, деструктивными процессами - смертью людей,


распадом социальных групп, государств или их глубокой деградацией, вследствие этого землетрясение или наводнение не интерпретируются с точки зрения социологии в качестве катастрофы, если они не проявляют указанных характеристик, т.е. не несут угрозы разрушения тех или иных сфер социального бытия. Социология катастроф рассматривает социальные аспекты поведения индивидов и их общностей в экстремальных ситуациях и в постката-строфных взаимодействиях в широком социологическом контексте, применяя концептуальные схемы различных социологических теорий: социального действия (Т. Пар-сонс), ролевой теории (Р. Мертон, Л. Лимптон), теории конфликтов (Р. Козер, Р. Дарендорф) и др. в их преломлении к теоретическому каркасу и эмпирическим методам исследования, свойственным собственно социологии катастроф. Без такого широкого теоретико-методологического интегративного подхода, базирующегося на парадигматическом исходном пункте, вряд ли возможно переходить к решению практических задач. А в качестве таковых выступает определение ресурсов и факторов, способных обеспечить организационную мобильность и эффективную деятельность различных сообществ и общества в целом в условиях катастрофной ситуации и по-сткатастрофного развития.

На передний план в социологии катастроф выдвигается макросоциологический анализ социодинамики предкатастрофных, собственно катастрофных и постката-строфных процессов. Катастрофа представляет собой деструктивный вариант социальных изменений, коренящихся в предшествующих причинно-следственных связях, поэтому эти связи рассматривают в условиях предкатаст-рофного развития. Среди них в качестве важнейших детерминантов выступают природные, технологические, экономические, политические, военные. Только при учете всей сложности, противоречивости, чаще всего рассогласованности этих связей, приводящих в своей совокупности к предкатастрофному состоянию изучаемой социальной системы (банка, государства, семьи и т.п.), станет понятным и объяснимым переход развивающихся событий в качественно иной этап - собственно катастрофное


развитие, внезапно прерывающее привычную ситуацию и потому долженствующее быть интерпретированным в таких терминах, как "экстремальное", "ужасное", "катастрофическое". Под тем же углом зрения должно быть рассмотрено в макросоциологическом анализе и постка-тастрофное развитие, т.е. преодоление катастрофы и минимизация ее последствий, возвращение (полное или частичное) к нормальным условиям социального бытия".

В рамках макросоциологического анализа основное внимание уделяется исследованию социальных катастроф огромного радиуса действия, захватывающих все общество или группу стран. Такая направленность объясняется тем, что именно в процессе развертывания крупномасштабных катастроф происходят такие разрушительные бедствия, как гибель множества людей, ликвидация существующих систем ценностей (отождествляемых во многих случаях с концом данного общественного строя), резкая политическая дифференциация индивидов и групп, возникновение новых социальных структур, отделение государств, сопровождаемое путчами, установлением диктатуры и т.п. Что же касается катастроф меньшего радиуса действия, вплоть до локальных событий, то они не столь деструктивны, вызывают гораздо меньшую социальную дифференциацию и поэтому стадии их развития, включая посткатастрофную, протекают быстрее, не несут в себе огромных социально-экономических, духовных и иных разрушений.

В качестве крупномасштабных социальных катастроф рассматриваются такие события, как войны, революции, государственные перевороты, совершаемые с применением вооруженных сил. Характерно при этом, что характеристика глубоких общественно-политических и экономических трансформаций в решающей степени определяется направленностью социально-политических интересов и целей тех субъектов массового социального действия (отдельных личностей, социальных групп, общественных движений, партий и т.п.), которые включены в развертывание процессов коренных преобразований, интерпретируемых одними в качестве революций, другими - социальных катастроф. Так, например, В.И. Ленин,


его сторонники и последователи характеризовали Октябрьский переворот 1917 году как Великую революцию, поборники сохранения капиталистической России А.Ф. Керенский, А.И. Деникин, а также крупнейшие российские философы, социологи, экономисты НА. Бердяев, С.Н. Булгаков, В.В. Розанов, Е.П. Струве и др. - как величайшую катастрофу. При таком резком разделении мнений и оценок необходимо иметь в виду, что коренные изменения в социально-политическом строе общества могут оказаться для одних социальных групп катастрофическими, а для других - некатастрофическими, оцениваться сугубо положительно.

Эти особенности восприятия, оценки и интерпретации общественно-политических процессов в качестве катастрофических обусловлены тем, что тенденции и закономерности исторического развития не действуют сами по себе, минуя социальную деятельность людей, а преломляются через эту деятельность, ослабляются или усиливаются ею. Но поскольку в этой деятельности те или иные социальные группы руководствуются различными интересами и целями, которые довольно часто не только не совпадают или расходятся друг с другом, но и прямо противоположны друг другу; оценки одних и тех же событий различными социальными классами, движениями, партиями, их лидерами могут оказываться диаметрально противоположными. Такой разброс оценок характерен не только в отношении Октябрьской революции, которая, несомненно, воспринималась как социальное благо, "праздник угнетенных" (В.И. Ленин) одними; как величайшая социальная катастрофа - другими: всеми теми, кто вследствие ее отрешался от власти, собственности, а нередко - от Родины и жизни. Этот разброс столь же отчетливо проявился и в период развала Советского Союза. У многих людей, особенно старшего поколения, потрясенных процессами всеохватывающего кризиса, дезинтеграции и развала (крах идеи социализма, распад великой страны, резкое снижение уровня жизни народа и фактическое обнищание его большинства, упадок нравственности и культуры, стремительный рост преступности и т.п.), глубокие социально-экономические преобра-


зования и смена общественного строя вызывают ощущение небывалой социальной катастрофы. Напротив, новые социальные слои - предприниматели, менеджеры, значительная часть интеллигенции, молодежи, - вдохновленные крахом партократии и социализма, развалом тоталитарной системы, а также надеждами на благотворные перемены (резкое расширение демократии, свобода слова и печати, возрождение национальной культуры, обретение государственной независимости и т.п.), склонны характеризовать происходящие процессы социально-экономических и политических перемен как революцию, благо, триумф свободы.

Но как бы ни оценивались различными социально-политическими силами переломные события произошедшие в1917ив1991 году в судьбах белорусского, русского, украинского и других народов, входящих прежде в состав Российской империи, позже - в состав Советского Союза, а ныне развивающихся в системе СНГ, несомненна катастрофическая сущность процессов, связанных с этими событиями. И в том, и в другом случаях терпела крах, разваливалась единая социальная целостность, возникали качественно новые социально-экономические и политические отношения, иные социальные структуры; на смену одним органам власти приходили другие, резко отличающиеся от первых своей социальной сущностью, политической направленностью и формами деятельности. В одном и другом случае вслед за катастрофическим разрушением системы начинали развертываться посткатастрофные процессы. В обоих случаях в посткатастрофном социальном развитии проявлялось множество элементов нестабильно-, сти, неустойчивости, непредсказуемости, многовариантности, драматических противоборств. Названные особенности отчетливо проявляются в современном социально-политическом развитии Беларуси, России, других стран СНГ. В них каждый шаг вперед по пути реформирования общества, происходящего в условиях глубокого кризиса, наталкивается на огромные трудности, противоречия, сопротивление антиреформационных сил, подвергаясь опасности низвергнуться в пучину хаоса, катастрофических явлений. Характерно, что в такой посткатастрофной ситуации как силы реформации, так-и силы реставрации,


как силы, стоящие у власти, так и оппозиционные им движения и партии добиваются своих целей с оглядкой, опасаются решительных действий, последствия которых могут оказаться не только непредсказуемыми, но и непоправимыми. И те, и другие опасаются самого худшего и трагического варианта усиливающегося противоборства -массового применения насилия, гражданской войны, которой наше общество, ослабленное во всех отношениях -экономическом, социальном, политическом, моральном и т.д. - не сможет перенести, и которая может стать еще одной разрушительной катастрофой.

В этом состоит первая и самая характерная особенность посткатастрофного развития общества. Вторая его особенность заключается в затянувшемся и глубоком кризисе, охватившем все стороны общественной жизни - экономику, политику, культуру, социальную сферу. Этот кризис проявляется и в падений темпов и объемов производства, и в нарастающем расслоении общества на богатых и бедных, и в продолжающемся снижении жизненного уровня большинства населения, и в упадке нации, образования и культуры, и в дезинтеграции общества, и в социальной атомизации составляющих общество индивидов, в их отчуждении от ценностей культуры, политики, и в нарастании элементов аномии, беззакония, преступности.

Все названные особенности катастрофного и посткатастрофного развития, характерные для постсоциа"-листических стран, в Беларуси резко осложняются последствиями Чернобыльской катастрофы, которая явилась национальной трагедией белорусского народа, нанесла нашей республике ущерб, устранение которого потребует 32 республиканских годовых бюджетов. Под черной тенью этой катастрофы, испытывая на себе ее разрушительные последствия, оказалось более 2 млн. жителей Беларуси. Она разрушила привычный для них образ жизни, заставила многих покинуть родные места, нанесла непоправимый урон здоровью десятков тысяч людей, разорвала устоявшиеся десятилетиями социальные, культурные связи, вызвала многочисленные стрессы и нервно-психические расстройства, от которых придется избавляться многие годы.


Все эти деструктивные явления, представляющие собой последствия катастрофного и посткатастрофного развития, нашему обществу предстоит преодолевать на путях упрочения государственной независимости, пре-одолениясоциально-экономического кризиса, упрочения демократии, повышения жизненного уровня народа, возрождения и развития национальной культуры, что предполагает исследование специфики, причин, последствий социальных и иных катастроф, путей выхода из катастрофического состояния.

К социальным (специфических) катастрофам согласно классификации принадлежат глобальные и локальные военные конфликты, эпидемии, общественные беспорядки, терроризм, эпизоотии, а также экологические катастрофы – пересыхания рек и озер, заболевания водоемов, глобальные изменения климата. На определенном историческом этапе развития человечества, возможно, в связи с увеличением количества населения на планете, к чрезвычайным явлениям добавились социальные потрясения – военные конфликты и эпидемии.

Война всегда сопровождалась массовым терроризмом, болезнями, ухудшением санитарно-гигиенических условий для армий воюющих сторон и их населения.

В середине ХХ века и в XVII–ХІХ веках войны сопровождались массовыми инфекционными заболеваниями, которые перерастали в некоторых случаях в эпидемии среди личного состава войск и населения зон боевых действий.

В войнах прошлого потери людей от инфекционных заболеваний иногда были больше, чем от поражающего действия оружия.

Развитие цивилизации и связанное с этим ухудшение условий жизни населения, а также его миграция способствовали возникновению массовых инфекционных заболеваний.

В последнее время во всех странах мира приобрел широкое распространение терроризм.

Развитие научно-технического прогресса (выбросы в атмосферу в огромных количествах отходов промышленности и жизнедеятельности человека) приводит к таким негативным явлениям, как глобальное потепление на планете (парниковый эффект) и другим экологическим катастрофам.

Медико-санитарная обстановка в условиях техногенных катастроф определяется факторами, которые их вызывали.

При авариях на радиационно опасных объектах первое место занимают радиационные облучения разной степени тяжести и загрязнения территории радиоактивными веществами. Важное значение для характеристики большой радиационной катастрофы имеет опыт ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции (1986).

Следствием Чернобыльской катастрофы стало облучение щитовидной железы сверх допустимого 150 тыс. людей, среди них 60 тыс. детей. Наиболее опасную дозу облучения (свыше 2000 милизиверт) получили 18 тыс. людей, в том чесле 8 тыс. детей. Свыше 120 тыс. лиц, которые принимали участие в ликвидации последствий этой радиационной катастрофы, получили дозу облучения свыше 200 мЗв.

По шкале МАГАТЭ авария на Чернобыльской АЭС отнесена к 7-у классу. Всего же, согласно этой шкалы, выделяют 8 классов опасности аварий на радиационно опасных объектах.

Кроме аварии на АЭС, напряженная радиологическая обстановка может возникнуть в случае аварий на опытных ядерных реакторах, ускорителях заряженных частиц и других изолированных источниках излучения, вытекания радиоактивных изотопов, включая актиниды, тритий, продукты деления урана и плутония и т.п. По имеющимся данным, в подобных ситуациях в мире значительное облучение получили 600 людей, из которых 37 погибли.

Медицинские последствия у людей, которые испытали облучение, могут иметь различный характер. Выделяют соматические (детерминирующие или нестохастические) и стохастические (вероятные) эффекты. К первой группе принадлежат ранние или поздние эффекты: лучевая болезнь, которая может иметь острый или хронический характер, и радиационные ожоги; ко второй – раннее старение организма, болезни крови, злокачественные опухоли и генетические изменения.

Считается, что из-за взрыва на АЭС санитарные потери могут составлять от 22% до 33% населения зоны загрязнения.

По данным некоторых исследователей, количество тяжело пораженных при этом может составлять 44%, средней тяжести – 34%, легкого поражения – 22% (данные средние). Комбинированные поражения могут быть в 50%, острая лучевая болезнь может диагностироваться у 10% пострадавших.

В организации медицинской защиты персонала и населения в условиях ЧС первоочередное значение имеет исключение влияния детерминирующих факторов и максимальное снижение влияния стохастических факторов. При этом считается, что пороговой дозой облучения для возникновения острой лучевой болезни является 1 грей (1 Гр), а для возникновения хронической лучевой болезни – фракционное облучение в 1,5 Гр и больше на протяжении нескольких лет.

По Международныму Регистру в мире используется в промышленности, сельском хозяйстве и для бытовых потребностей большое количество токсичных веществ. Почти 500 веществ принадлежат к группе СДЯВ – наиболее токсичных для человека. СДЯВ – это химические соединения, которые в определенных количествах превышающих предельно допустимые концентрации, могут негативно влиять на живой организм.

В последнее время на территории страны количество случаев, связанных с авариями на объектах со СДЯВ, увеличилось. Лишь в 1997 году произошло 26 чрезвычайных ситуаций, в том числе 9 из них имели местный характер, а 17 – объектовый. Из-за аварии погибли 4 и получили поражения 12 людей.

В зависимости от вида сильнодействующих токсичных веществ очаги катастроф разделяются на четыре типа.

Все очаги химических катастроф разделяются в зависимости от скорости действия химических веществ на организм человека и длительности заражения местности.

Для полной характеристики очагов химических катастроф следует отличать такие понятия, как зона загрязнения и зона поражения. К зоне загрязнен ия химическими веществами принадлежит территория, на которой распространяется действие токсичного вещества. К зоне поражения принадлежит часть загрязненной территории, на которой концентрация токсичного вещества достигает или превышает величину токсичной дозы и, как следствие, вызывает поражение людей и животных.

Важным для оценки медико-санитарной обстановки в очаге химической катастрофы является определение величины и структуры санитарных потерь. Мировой опыт позволяет утверждать, что среднестатистическая структура санитарных потерь может иметь такой вид: из общего количества пострадавших от химических катастроф 60% испытывают токсичные поражения, 20% - травматические повреждения, 15% - ожоги и 5% - комбинированные повреждения. По степени тяжести, как свидетельствует накопленный опыт, почти 65% пострадавших могут получить легкие повреждения, 20% - повреждения средней степени тяжести, до 10% - тяжелые повреждения, а почти 5% - смертельные травмы. Однако такое распределение наиболее вероятно при условии нахождения людей непосредственно на территории химически опасного объекта, на открытой местности без средств индивидуальной защиты. При других условиях структура санитарных потерь может изменяться в сторону уменьшения смертельных и тяжелых поражений. Возможны и варианты увеличения количества пострадавших с тяжелой степенью поражения, что может быть обусловлено совместимым действием нескольких токсичных веществ, а также влиянием вторичных токсичных веществ.

Наиболее тяжелыми в организационном плане являются определение и ликвидация очагов химических катастроф, которые возникают во время транспортировки химически опасных веществ, но именно на эту категорию приходится около 60% аварийных ситуаций. Это, прежде всего, обусловлено невозможностью предварительного прогнозирования места возникновения очага и его размеров, характера веществ, которые могут попасть в окружающую среду, а также количества населения оказавшегося в зоне поражения. Поэтому система ликвидации медико-санитарных последствий химических катастроф должна быть ориентирована не только на стационарные химически опасные объекты, но и на варианты с подвижным составом. Кроме того, в окружающую среду могут попадать токсичные вещества, действие которых неизвестно или недостаточно изучено. В этом случае медико-санитарные мероприятия должны осуществляться методами, принятыми для ликвидации аварий происходящих чаще всего.

Значительную опасность для населения имеют взрыво- и пожароопасные объекты. Особенно большие потери возникают, когда взрывы и пожары происходят в закрытых помещениях со значительной скученностью людей.

В структуре санитарных потерь пострадавших в очень тяжелом состоянии могут находиться 19%, с тяжелыми поражениями – 61,1%, средней степени поражения – 16,4%, а легко пораженные – 3,5%.

Транспортные катастрофы в Украине занимают одно из ведущих мест в структуре катастроф техногенного характера по количеству случаев и размерам потерь. Последствия этих ЧС имеют прямое и опосредствованное действие на людей. Последние связаны с аварийными ситуациями, сопровождающимися выбросом в окружающую среду радиоактивных и ядовитых веществ, которые перевозятся разными видами транспорта (железная дорога, речной и морской, автомобильный).

Динамика смертности от травм во время ДТП в целом пропорциональна динамике травматизма. Уровень смертности от травм определяется их частотой и степенью тяжести. В последнее время отмечается отягощение травм, то есть чаще в случае травмы повреждается не только опорно-двигательный аппарат, но и внутренние органы человека. Смерть на месте события обусловлена тяжестью повреждений и их осложнениями – кровопотерей, шоком, поражением центральной нервной системы. Так, в случае ДТП 30% смертельных последствий приходится на догоспитальний этап. При этом большинство пострадавших (96,8%) погибает на месте происшествия.

В случае катастроф на железнодорожном транспорте определяются: механические травмы, термические ожоги, острые отравления и химические ожоги, радиационные и комбинированные поражения. Структуру поражений по их виду тяжело прогнозировать в связи с вариабельностью катастроф. Вместе с тем, опираясь на опыт ликвидации аварий на железных дорогах, можно со значительной достоверностью считать, что легко пораженные будут составлять 35 – 40% пострадавших, средней и тяжелой степени – 20 – 25%, самой тяжелой степени – 20%, и в терминальном состоянии – 20%. Количество пострадавших в случае катастрофы поезда, как и других транспортных аварий, изменяется в значительном диапазоне.

Мировая практика свидетельствует, что к основным видам поражения во время авиационных катастроф принадлежат механические и ожоговые травмы. Возможное также кислородное голодание в результате разгерметизации салона самолета, который находится на большой высоте.

В случае авиакатастроф размер санитарных потерь может достигать 80 – 90% от общего количества людей, находящихся на воздушном судне. Максимальное количество пострадавших может составлять: на самолете Ан-2 – 12 людей, Ан-24 – 47, Як-42 – 113, Ту-154 – 168, Ил-86 – 324 человека. Среди пострадавших лица с механическими повреждениями могут составлять 90%, в том числе в состоянии шока – 10%, с черепно-мозговой травмой – 40%, 10 – 20% с комбинированными травмами и ожогами. Около половины пострадавших могут иметь тяжелую и очень тяжелую степень травмы. Из-за травм около 40% из них будут нуждаться в наложении повязок на раны, 50 – 60% - введении обезболивающих средств, 35% - иммобилизации переломов, 60 – 80% - эвакуации на носилках или подручных средствах.

В случае катастроф на водном транспорте размеры и структура санитарных потерь будут зависеть от характера развития события и количества пассажиров и членов экипажа на судне.

Значительными особенностями характеризуется медико-санитарная обстановка во время аварий на шахтах. Это связано с условиями труда на подземных выработках, оборудованием шахт и комплексом факторов, которые могут привести к возникновению ЧС.

Прежде всего обращает на себя внимание уровень травматизма, сопровож-дающего производственный цикл. Анализ травматизма среди шахтеров свидетельствует, что, невзирая на некоторую стабилизацию, он составляет 88,2% от общего травматизма на всех промышленных отраслях Украины. При этом 64,2% травм из-за аварий на шахтах имеют тяжелые последствия. Спецификой ЧС, связанных с авариями на предприятиях угольной промышленности, есть их массовость.

В случае аварий на шахтах, связанных с взрывами метана, по данным отечественных и зарубежных исследователей, 41,3% пострадавших имели отравление окисью углерода, 14% - комбинированные поражения, где соединялись механические травмы с отравлениями окисью углерода, 12% пострадавших имели механические травмы, соединенные с термическими ожогами и отравлениями окисью углерода. Сочетание ожогов с отравлениями окисью углерода наблюдалось в 10,7% пострадавших, механические травмы с ожогами – в 9,3%, а тяжелые механические травмы без признаков отравления токсичными газами и ожогов – в 2,7% пострадавших. Среди пострадавших до 10% имели только термические ожоги. Однако, что касается последней группы, то по мнению исследователей, данные не очень точны, поскольку тяжело представить, чтобы пострадавшие, очутившись в зоне взрыва, не имели признаков отравления. Очевидно, при медицинском осмотре и обследовании у пострадавших в данном случае доминировала клиническая картина термических поражений, а симптоматика отравления окисью углерода не была резко выражена и оставалась незамеченной. Таким образом, во время взрывов копального газа и угольной пыли на шахтах комбинированные поражения в разных сочетаниях (ожог + механические повреждения, ожог + механические повреждения + отравление СО и т.п.) составляют 46% всех случаев.

Выводы:

Таким образом, чрезвычайная ситуация является следствием совокупности исключительных обстоятельств, которые сложились в соответствующей зоне в результате чрезвычайного события техногенного, природного, антропогенного и военного характера, а также под воздействием возможных чрезвычайных условий.

Сегодня на передний план выступает гуманное задание – свести к минимуму для людей опасность последствий чрезвычайных ситуаций. Поэтому каждому специалисту необходимы соответствующие знания и навыки, чтобы в случае необходимости он смог не только защитить себя, оказать помощь пораженным, но и взять активное участие в ликвидации последствий аварий, катастроф, стихийных бедствий, а также при возможном применении современных средств поражения.

Литература:

1. Закон Украины “О правовом режиме чрезвычайных ситуаций”, 2000 (1, 4-9,13, 16, 27-29).

2. Закон Украины “О зоне чрезвычайной экологической ситуации”, 2000 (ст.1-7,10-15).

3. Постановление Кабинета Министров Украины от 16 февраля 1997 г. №174 “О государственной комиссии по вопросам техногенно-экологической безопасности и чрезвычайных ситуаций”.

4. Постановление Кабинета Министров Украины от 16.12.1999 г. № 2303 “О создании Правительственной информационно-аналитической системы по вопросам чрезвычайных ситуаций”.

5. Постановление Кабинета Министров Украины от 24 марта 2004 г. № 368 “Об утверждении порядка классификации чрезвычайных ситуаций техногенного и природного характера по их уровням”.

6. Приказ МОЗ Украины от 3 августа 2000 года № 189 “Об утверждении регламента представления информации в функциональной подсистеме МОЗ Украины в пределах Правительственной информационно-аналитической системы по вопросам чрезвычайных ситуаций”.

7. Основы медицины катастроф /Под редакцией Бондаренко Н.И., Ковалева Е.З. – Донецк: “Кассиопея”, 1998.

8. Гридасов В.И., Ковальов В.М., Катрис М.В. и др. Медицина катастроф /Учебник – Харьков.: “Золотые страницы”. – 2002.

9. Дубицкий А.Ю., Семенов И.О., Чепкий Л.П. Медицина катастроф /Учебное пособие. Киев: Курс, 1999.

10. Воробьев О.О., Кардаш В.Е. Медицина катастроф /Учебное пособие. – Черновцы. – 2000.

11. Организация работы информационно-аналитической системы МЗ Украины по вопросам чрезвычайных ситуаций (Практическое пособие) /МЗ Украины, Украинский НПЦ экстренной медицинской помощи и медицины катастроф /Под ред. проф. Волошина В.О.- 2000.

12. Медицина катастроф. Учебное пособие /Под ред. проф. Кочина.- К: “ Здоровье” - 2001.

8.Оснащение лекции : материал лекции, таблицы, прозрачки, графопроектор.

Утверждено на заседании кафедры

«____» __________ 2011 г.

Протокол №_____

Изменения и дополнения к методрозробке:

«____» ___________ 20 г.

Протокол № _____

Пересмотрено на заседании кафедры

«____» ___________ 20 г.

Протокол № _____

Пересмотрено на заседании кафедры

«____» ___________ 20 г.

Протокол № _____

Пересмотрено на заседании кафедры

«____» ___________ 20 г.

Протокол № _____

Пересмотрено на заседании кафедры

«____» ___________ 20 г.


СОЦИАЛЬНАЯ КАТАСТРОФА - скачкообразные изменения общества, возникающие в виде внезапного ответа социальной системы на плавное изменение внешних условий. Идеи катастрофизма возникают в глубокой древности, воплощаясь в различных вариантах эсхатологии. Например, античность рассматривает эволюцию как последовательность всемирных катастроф, ритмически уничтожающих космос и расчищающих место для нового цикла; христианство выдвигает идею второго пришествия Мессии, когда наступит конец времен и через Страшный Суд преображенное человечество войдет в совершенное бытие. В 19 в. в рамках геологии и биологии (Ж. Кювье) формируется теория катастроф, рассматривающая историю планеты как серию глобальных катастроф, сопровождающихся гибелью всего живого и внезапным возникновением качественно иных его форм. Современная теория катастроф бурно развивается с 70-х 20 в. в форме универсального математического метода исследования любых скачкообразных переходов (Р. Том, Пригожин); их причин и путей установления нового равновесия. Катастрофа возникает как результат синхронизации различных кризисов, аккумуляции огромного числа ошибок, которые долгое время не исправляются, как следствие "одряхления" системы на клеточном уровне. Важно учитывать, что глубинная причина СК. потенциально связана с трансформациями духовных оснований общества, их размывании и смене миросозерцаний, когда складывается катастрофическое сознание и "в тоске смертельной мечется толпа" (А. Ахматова). Подобное сознание усиливается при утверждении в обществе идеи разрыва с прежней культурной традицией (а такие тенденции весьма характерны для генотипа европейской цивилизации), с глубинами религиозного сознания, в которых, как показывает опыт, укоренены положительные начала общественной жизни. Обостряется изначально присущее человеку (в силу наличия у него свободы выбора) чувство страха, чем вызывается желание найти быстрые и простые, а потому неэффективные, пути выхода из резко меняющейся ситуации. К С.К. ведут попытки осуществить различного рода утопии, претендующие на знание будущего; закономерный крах утопий резко обостряет катастрофическое сознание. Тенденция к катастрофизму сознания характерна для маргинально-люмпенских, плебейских социальных слоев, неукорененных в культурных традициях и склонных к нигилизму и максимализму, упрощению и уравнительности. Теоретически такой способ социального действия обосновывается в различных радикалистских концепциях, например, в анархизме с его проповедью люмпенского бунта, идеей сози-дательности тотального разрушения существующего общества. Необходимо также учитывать и национальные особенности. Скажем, характерное для России наложение двух культур - традиционной и европейской, их неслияемость и постоянный раскол во многом обусловили катастрофичность русской истории. Возможны различные формы СК. Наиболее наглядно катастрофы выражаются в социальных революциях (что отмечалось в трудах Франка, Сорокина, Бердяева и др.). Хотя теории революции оправдывают С.К. как способ достижения лучшего общества, на самом деле революция ведет к его деградации, к возвращению назад, массовому безумию общества, к деформациям человеческого поведения. В то же время нужно учитывать, что революционные катастрофы - результат длительного подавления не находящих выхода творческих сил социума, задержки назревших социальных изменений. Однако, соединившись с катастрофическим сознанием, революция ведет к антропологической катастрофе в форме разрушения фундаментальных духовно-нравственных основ жизни людей. И чем радикальнее революция, тем сильнее катастрофа, что и показал опыт коммунистических революций 20 в., выявивших также, в полном соответствии с теорией катастроф, что "пусковой крючок" разрушения может быть весьма незначительным, но, разразившись, катастрофа приобретает свою логику движения, в ходе которого стихийно через множество страданий людей и глубочайшие потрясения складывается некое новое социальное равновесие. Один из наиболее оптимальных способов предупреждения С.К. заключен в "социальной инженерии" (Поппер), т.е. методе своевременных постепенных и частичных изменений, реформ, учитывающих человеческую природу и подвергающихся постоянной проверке и корректировке с целью недопущения накопления ошибок. Однако в условиях "аномальных" социальных систем, долгое время не учитывавших принцип обратной связи, этот метод во многом не срабатывал. Попытки реформировать тоталитарные режимы приводят к ухудшению положения, росту сопротивления и чаще всего завершаются катастрофой. Катастрофически возникшие системы и уйти с исторической арены могут только аналогичным путем. Как показывает математическое моделирование "перестроек", наиболее эффективным для аномальных социальных систем является метод "шоковой терапии", в единстве с возвращением к глубинным основаниям культуры. При всей своей болезненности такой разовый катастрофический сдвиг с перспективной точки зрения значительно эффективнее, чем перманентная катастрофа, угнетающая и разлагающая жизненный потенциал личности. Г.Я. Миненков

  • Deus ex machina - Deus ex machina (лат.) - часто употребляемое, в ироническом смысле, выражение, означающее неожиданную, не вытекающую из хода событий развязку в драме, романе и обыденной жизни. В дословном переводе D....
  • Дилювий - Дилювий (diluvium - потоп). - В прежнее время, в эпоху господства в геологии теории внезапных катастроф и переворотов, во время которых коренным образом изменялась форма земной поверхности и уничтожал...
  • Социальные движения - Социальные движения - В широком смысле все движения, происходящие в обществе, могут быть названы С. движениями, но в исторической науке под этим словом разумеются лишь движения, совершающиеся в извест...
  • - ИСТОЧНИКИ ПРАВА объективная форма выражения права. Термин в научный оборот ввел Тит Ливии при характеристике Законов XII таблиц (см. Двенадцати таблиц законы). В юридической науке принято выделять И...
  • ДЖЕМС (ДЖЕЙМС) ВИЛЬЯМ (УИЛЬЯМ) - ДЖЕМС (ДЖЕЙМС) ВИЛЬЯМ (УИЛЬЯМ) (James , 1842-1910) - амер. психолог и философ, один из основателей философии прагматизма и функционализма как направления в психологии. Не удовлетворенный элементарист...
  • НОРМЫ СОЦИАЛЬНЫЕ - НОРМЫ СОЦИАЛЬНЫЕ (англ. norms ; от лат. norma - мерило; руководство; правило, закон; образец) - конвенциональные (т. е. принятые в определенной группе или общности) правила, предписывающие или запр...
  • СРАВНИТЕЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКИЙ МЕТОД(в психологии) - СРАВНИТЕЛЬНО-ГЕНЕТИЧЕСКИЙ МЕТОД(в психологии) (англ. comparative method) - путь изучения закономерностей психической деятельности посредством сравнения качественно определенных ступеней или фаз ее...
  • ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ОБЩЕСТВО - ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ОБЩЕСТВО коммерческая организация в форме акционерного общества с разделенным на доли, вклады ее учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом. Имущество, созданное за счет вк...
  • ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СТРАХОВАНИЕ - ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СТРАХОВАНИЕ добровольное и обязательное государственное страхование предприятий, учреждений, организаций, а тж. граждан, объектов их собственности и доходов на случай экологического и ст...
  • ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ - ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ способ существования массового сознания, в котором проявляется отношение (скрытое или явное) различных групп людей к событиям и процессам действительной жизни, затрагивающим их инт...
  • СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ - СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ пограничная между социологией и психологией область, исследующая переживания и основанные на них способы поведения индивида в социальных союзах, т.е. в сообществах, а также психо...

Рекомендуем почитать

Наверх